Как вам это покажется, что где-то на планете Итак, сразу за космодромом Кантбери кто-то без согласия шестилапых крылатых котов - мурлонов и розовых слонов. взял и расположив, усрав пол-планеты галактическую свалку роботов. Свозили всех - от умняшек до деревяшек, в смысле, которые почти совсем ни буб-бум - от списанных астронавигаторов до канцелярских крыс. в принципе, все они горько узнаваемы и трогательно неповторимы в дизане и лекалах прошлых столетий, с тем еще космоарго, от которого веяло вечной пацанечьей несостоятельностью, но даже в этом горьком соплячестве было нечто неповторимое и притягательное... все они напоминали пряничного медового человечка с надломленной ножкой...
Сюда определенно слетались всяческие Винтики и Шпунтики, которые могли копаться на местной свалке годами, но получали старательские лецензии не более чем на 10 дней. Но и этого срока хватало, чтобы собрать надежного ассистента, о чем и говорилось в лицензии каждого из старателей. Старатели были счастливы. Ведь они получали не только бросового робота, но и всяческие полезные к ним запчасти и навесные механизмы. правда, сами старатели никогда не задавались вопросом, с каких свалок галактики свозят всех этих вчера еще преданных роботов единственно с тем, чтобы умирать...
Выбор для старателей был невероятно огромен. Роботы, умирая, скрипели, хрипели, глосолалили на старинных диалектах космолингво: "Выбери меня, выбери меня, выбери меня", и при этом рыдали и всхлипывали загустевшим машинным маслом. неопрятные, с перекошенными оболочками тел, они мечтали еще служить и служить пусть бы даже в самых отдаленных колониях на самых захудалых планетоидах и аже метеоритах... Выбери меня! - многоголосо орала обезумевшая от предстоящей смерти и тлена свалка, и иногда дело доходило едва ли не до бунта... Последнего бунта обреченных... Тогда старателей спешно эвакуировали едва ли не к лоховской космобабушке...
Иногда, кто-то из старателей, хорошо дав на лапу огромной древней руке из неведомого композита, получал доступ к передвижной лаборатори, в которой он мог моделировать самые невероятные комбинации сервисно-игровых гедонистически распряжных роботов, часто не только миляг и умниц. а еще и с прекраснейшим характером и отменнейшим чувством юмора. И такого робота над свалкой поднимала всесущая в этих местах рука и перемещала в зону космодрома, минуя пограничный контроль. И тогда мурлон-погранец сообщал как бы самому себя ненапряжно: Он дал на лапу, чувак, пусть она его и хранит до самого старта...
И уносились во вселенную спешно эпикированные и так-сяк ребрендированные роботы и роботицы - от секс-простушек до боевых погремушек, которые на деле были единым универсальным модификатом, всякий раз становившимся все более и более мощным, потому что неведомо как и откуда на планету Итак доставлялись все новые и новые модификанты памяти и дизайна...Никто и не представлял, и толком не ведал,кто и как и с чем за этим стоял, а это была сама планета давно превратившаяся в единый робототехнический корневой модуль, пронизавший планету нейронными коммуникациями до самого ядра и взявший на себя функции галактического космонета...
Да не оскудеет рука Зовущего махали на прощанье остова роботов-исполинов, давно потерявших во времени головы и руки, уродливо изувченными торсами, превращенными в антены... у подножья которых внезапно возникали многочисленные тусовки роботов-автохтонов, стерегущих свое совместное детище - ядро космонет, которому они отдали себя до конца. Слившись с этим уникальным ядром, они то и дело предавались все новым и новым трансформациям на глазах у розовых слонов и мурлонов, мирно поедавших банановую морковку....
